Всего спасатели Центроспаса помогли примерно полутора тысячам человек. Пациентов было много – в среднем по 160-170 человек в день

Врач отряда Центроспас рассказал о работе госпиталя в Сирии

Алексей Скоробулатов
начальник госпитального отдела медслужбы отряда Центроспас

1 декабря в Сирийскую Арабскую Республику для оказания медицинской помощи жителям, пострадавшим от обстрелов боевиков террористических организаций, был по поручению Президента РФ направлен аэромобильный госпиталь отряда «Центроспас» МЧС России. Более 60 квалифицированных специалистов отряда вылетели в Сирию в его составе. Госпиталь был развернут в районе аэродрома города Алеппо в непосредственной близости от лагеря, в котором находится около 10 тысяч беженцев.

Об особенностях работы и результатах рассказал начальник госпитального отдела медслужбы отряда «Центроспас» Алексей Скоробулатов.

Расскажите, пожалуйста, в каких условиях приходилось работать, где был разбит госпиталь? 

Экспедиционный аэромобильный госпиталь отряда «Центроспас» был развернут в районе аэропорта Алеппо. Изначально планировалось, что больных туда будут привозить на автобусах, но оказалось, что лагерь стоит достаточно близко от линии фронта и ехать местным жителям к спасателям опасно. Была разработана методика: выездные группы сами отправлялись в лагеря беженцев.

Мне и раньше доводилось оказывать помощь пострадавшим в вооруженных конфликтах – Южная Осетия, Грозный, Беслан (прим. - кавалер ордена Мужества Алексей Скоробулатов был одним из четверки спасателей, которые первыми попытались вынести тела убитых из бесланской школы). Все чрезвычайные ситуации отличаются друг от друга, одинаковых нет. Особенность сирийской операции в том, что госпиталь кардинально изменил тактику лечения. Когда гора не идет к Магомеду, Магомед идет к горе: не пациенты в этот раз приходили к нам, а мы выезжали к ним в лагеря. Был создан выездной вариант медпункта.

В чем была особенность именно этой операции? 

Фактически, создавался выездной медпункт, в составе которого были: хирурги, травматологи, анестезиологи-реаниматологи, педиатры, терапевты, врачи и медсестры других медицинских направлений. Спасатели отряда ездили по лагерям беженцев, оказывали там медицинскую помощь.

Всего спасатели Центроспаса помогли примерно полутора тысячам человек. Пациентов было много – в среднем по 160-170 человек в день. Поток был постоянный, очереди. Чтобы больным было комфортнее ждать, мы ставили лавки. Сначала сирийцы нам помогали, привозили кресла и другие сидячие места. Потом мы сами стали возить скамейки. Чтобы женщины с детьми сидели, а не стояли. Среди тех, кто приходил в аэромобильный госпиталь, было много детей, причем многие - с ампутациями, работы для протезистов и ортопедов очень много.

Каков был график вашей работы, с учетом специфики военного времени? 

Команда Центроспаса работала с утра до конца светового дня - в темноте передвигаться там опасно.

Хорошо ли, на Ваш взгляд, были оборудованы лагеря беженцев?

 Условия, в которых жили люди в лагерях для беженцев, нельзя назвать хорошими, рассказывает доктор. Стояла переменчивая погода, и каждый ее вариант приносил свои трудности: солнце – пыль, дождь – слякоть, вследствие чего было очень много было переохлаждений.

Помещения в лагерях беженцев были сделаны целиком из бетона: и стены, и полы. Хотя беженцам и выдавали матрасы, но тонкие и плохие, от холода они не спасали. Было очень много простуд, обострений хирургических заболеваний, остеомиелитов у больных с переломами после наложения наружной фиксации (прим. - гнойная инфекция, поражающая костную ткань, окружающую кость надкостницу или костный мозг). В таких условиях инфекция, что называется, цвела. Было достаточно много ранений – осколочных, минно-взрывных, пулевых. Врачи отряда убирали оставшиеся в ранах инородные тела – осколки, пули.

Однажды автобус со спасателями попал под обстрел. Правда, никаких опознавательных знаков на нем не было, обычный рейсовый автобус. Он шел в составе колонны, где была и бронетехника, и грузовики. Автобусы самая «приятная» мишень: если мина попадет в автобус, то и народу погибнет больше.

В каком состоянни сейчас находится система здравоохранения в Сирии?

Не все местные больницы были закрыты. Семнадцать человек самых тяжелых мы отправили в местные лечебные учреждения – с острыми пневмониями и так далее. Сейчас в Сирии вся медицина нацелена на оказание экстренной помощи: на спасение после минно-взрывных и других характерных для боевых действий травм и ранений. Самое главное, чтобы человек остался жив. А с протезами и всем другим, что может подождать, будут разбираться позже.

Как проходила коммуникация с местным населением? 

Со спасателями вплотную работали доктора-сирийцы в качестве переводчиков. Даже сирийцы, которые когда-то жили в России и знают язык, приехали помогать россиянам. Среди них были и врачи, которые прекрасно владели русским языком. Было много было волонтеров, которые понимали и могли перевести на английский сирийские диалекты арабского языка, которых в Сирии огромное множество.

Местные жители к спасателям относились очень тепло и душевно. Они понимали, для чего те к ним приехали. Очень многие благодарили, потому что спасатели выдавали препараты на курсы лечения и с таким условием, чтобы они появлялись дня через два, для того чтобы лечение можно было скорректировать. Мы старались держать их под контролем. Матери особенно часто приносили детей на повторный прием для того, чтобы доктора могли их хорошо вылечить.

Мы работали в тесном контакте с медицинским отрядом специального назначения из Хабаровска: вставали рядом и поступающих пациентов направляли и к нам, и к ним. Там были и сотрудники «Красного полумесяца», но они в основном выдавали препараты. Мы с ними тоже сотрудничали: если у нас не было каких-то лекарств, мы посылали своих пациентов туда.

В составе отряда Центроспас госпиталь действует с 1996 года и за это время применялся сотни раз при ликвидации последствий землетрясений в разных точках земного шара: в Турции, Пакистане, Шри-Ланке, Китае, Японии, на Гаити. Полностью 9 отделений госпиталя (приемно-сортировочное, хирургическое, травматологическое, реанимационное, госпитальное, акушерско-гинекологическое, терапевтическое, педиатрическое и психологическое) готовы к работе через 1,5-2 часа. Блоки госпиталя располагаются в быстровозводимых модульных конструкциях, позволяющих составить помещения в соответствии с рельефом местности, климатическими условиями и характером ЧС. Инженеры службы круглосуточно обеспечивают бесперебойную работу систем энерго- и водоснабжения, кондиционирования, вентиляции, медицинского оборудования. Госпиталь может работать в полностью автономном режиме до 14 суток при температуре от -50°C до +50°C, оказывая медицинскую помощь до 200 пострадавшим в сутки. Последующее нахождение госпиталя в зоне ЧС возможно при взаимодействии с местными властями для организации поставки медикаментов, воды, еды и прочего. В аэромобильном госпитале проводится диагностика при помощи аппаратов УЗИ, ЭКГ, рентгеновского оборудования, лаборатории крови. Для этого имеется необходимая портативная диагностическая аппаратура. В мае 2016 года аэромобильный госпиталь был аттестован Всемирной организацией здравоохранения.